Проход по ссылкам навигации

Семинар Сэки сэнсея. Впечатления новичка


С 4 по 8 ноября в Москве прошел семинар сихана Хомбу Додзё Сёдзи Сэки (7 Дан Айкидо Айкикай). Семинар посетили **** человек, занимающихся в Айкидо-центре. У нас в зале прошли тренировки юданся-класса, а после заключительной тренировки семинара состоялось чаепитие.


Только начинаешь привыкать вставать в несусветную рань – ведь, чтобы спокойно подъехать к утренней тренировке в рабочие дни, просыпаться приходилось в 5 утра -- и все, семинар закончился. Слишком мало – это, вероятно, главное ощущение от семинара Сэки-сенсея нынешней осенью. И еще море неглавных.

Залы


Возможно, есть некий глубинный смысл в тренировках в плохих местах. Там, где толком негде переодеться, где вместо татами – борцовское не очень чистое покрытие (грязь – не главная его проблема; трудно совместить даже минимальную степень личной чистоплотности с чужими волосами, налипающими на щеку при удержании). Но мне этот смысл недоступен. Скорее понятно уважительное отношение к традициям, не последняя среди которых – обязательное мытье татами до и после тренировки.

В Москве – по скудости ли финансов, или из-за всепроникающего головотяпства – проблематично найти чистый просторный зал, оборудованный раздевалками и ЧИСТЫМИ душевыми. Потому и приходилось совмещать бытовые неприятности и напряженный почти до невозможности ритм тренировки, который задает Сэки сенсей; обилие информации для понимания и, тут же, первичной отработки.

Так то: был вполне просторный и светлый зал во Дворце Борьбы им Ярыгина на Авиамоторной, с приличными раздевалками. Но покрытие борцовское, ноги «залипают», что отражается потом на коленных суставах. Достаточно высокая плотность занимающихся – и потому почти невыносимая духота. Начало ноября, все окна открыты, но дышать можно было только на одном узком участке, где сквозняк между входной дверью и одним из окон обеспечивал минимальный приток кислорода.

В зале на Петровке – другие моменты. Удивительно даже, что до сих пор в вылизанном до блеске центре Москвы, в окружении дорогих бутиков (неужели в них кто-то что-то покупает?) сохранилось такое здание. Обшарпанное снаружи, внутри пропитанное потом поколений динамовских спортсменов, с разлитой по полу в раздевалке едкой химией (одна из барышень уронила хакаму и капелька этой химии моментально «съела» краску), с косматыми лохмотьями штукатурки, что свисают с потолка среди сталинской лепнины. Брр. Единственное, что несколько позволяло забыть об этом – раннее начало тренировок. На разгон утренней млявости (белорусы еще говорят: «абыяковость до життя») уходило так много сил, что реагировать на окружающее пространство просто не оставалось времени.

Приятным контрастом – зал Айкидо-центра на Соколе. Новое татами, чистенькие раздевалки и душевые, питьевая вода, свежий воздух. Что еще нужно для хорошей тренировки? Жаль, зал небольшой: здесь проходили только тренировки юданся-класса.

Тренировки


Сам Сэки сенсей не воспринимает юданся-класс как процедуру передачи некоего сокровенного знания старшим ученикам. После первой тренировки «черных поясов» он даже сказал проникновенную речь по этому поводу. Учитывая его обычную немногословность, речь была огромной, минут на пять. Говорил в том смысле, что проводит юданся-класс ровно так же, как проводит все другие тренировки, в Японии или прочих странах, в обычном режиме или на семинарских занятиях. И никаких секретных техник, которые бы было запрещено демонстрировать младшим ученикам, здесь не показывает. И наоборот, был бы счастлив, если бы инструктора, сумевшие на юданся-классе более тщательно вникнуть в детали техник, их вариации, особенности применения, передавали бы эти знания своим студентам. Пусть даже некоторые техники будут для новичков сложноваты, то есть не вполне еще ими изучены, пусть они не входят в программу начальных стадий обучения, все равно надо их пробовать делать со всеми учениками в зале.

Убедительная речь получилась. Возможно, даже отрезвляющая некие горячие головы, если они были тогда в зале. А тренировка юданся действительно была почти обычной. Разве что сенсей более подробно разбирал детали с каждым из тренирующихся, да предлагал дзю-вадза (свободную технику от какой-нибудь из атак).

В общих же тренировках ощущение от них сильно зависело от везения. Везения близко рассмотреть то, что показывает Сэки-сенсей, понять то, что он хочет показать, и, в идеале – сделать все то же самое (то есть рассмотреть и понять), когда он подойдет к твоей паре. К старшим ученикам сенсей подходил чаще, а остальным занимающимся приходилось полагаться на волю случая. Конечно, сенсей ходил по всему залу, и одинаково бросал и юданся, и неаттестованного новичка, разве что второго – чуть бережней, учитывая ограниченные возможности его страховки.

Тренироваться лучше со своими. По крайней мере, до того момента, когда сможешь вывести на технику и плотно контролировать любого человека: зажатого, квадратного, не двигающегося или, наоборот, стремительно исполняющего «роль уке», то есть выполняющего страховку до того момента, когда ты его двигаешь. Это мое персональное мнение. ИМХО.

Почему-то люди во многих клубах (и нынешний семинар это только подтвердил) считают, что высшая заслуга уке – схватить намертво человека, врасти в татами и, наливаясь краской, стоять до последнего. Такие люди чаще всего очень удивленно реагируют на атеми в нос или по ребрам: «А чего это Вы деретесь?». «А чего это Вы тужитесь?» -- обычно отвечаю. Обижаются и если такого потенциально зажатого начинаю бросать в тот момент, когда он еще не полностью взял захват («Так я же еще не захватил!»). А если дать ему захватить – и он, раза в два тяжелее, сантиметров на 20 выше, встанет как вкопанный, ручищами прижмет. Куда уж бросать.

Частенько встречаются и спецы по исполнению «роли уке». Копируют форму – удар не добивают, останавливают в момент приближения моей руки, свое движение заканчивают, а потом, будто вспомнив, ныряют в мае укеми. Чистый балет – после таких партнеров начинаешь как-то понимать критиков айкидо, кивающих на предсказуемость движений.

Потому и думаю, что по крайнем мере в начальном ученичестве (то есть пока степени кю) на семинаре тренироваться лучше со своими. Тогда есть возможность отработать показанные сенсеем нюансы, не заморачиваясь на неподатливого или излишне резвого уке.

Сэки-сенсей


Сиханы Хомбу все очень разные. И личностно, что абсолютно понятно, и технически. Вроде бы одно и то же айкидо преподают, а поди ж ты – и акценты на разных вещах делают, и тренировку по-разному строят. Но, как водится, каждый выбирает для себя, и, скорее всего, случайных людей на семинарских тренировках не было. А если и было – то быстро исчезали. Потому что высокий темп, требовательность сенсея и некая всеобщая заряженность просто не оставляют времени для отдыха, отвлеченной болтовни или подсчета ворон за окнами. А такое часто бывает и на семинарах, и на тренировках.

Вообще Сэки-сенсей – очень особенный человек. У нас японцев принято представлять непроницаемо вежливыми, корректными, неспособными на прямой ответ. Но большинство японцев категорически не такие. Единственное, что в них присутствует от нашего заштампованного представления – это внешность. Правда, как раз Сэки-сенсей в какие-то моменты – просто олицетворение прижившегося в России штампа. Молчалив, невозмутим, редко и скупо улыбается. Зато потрясающе чувствителен. По-айкиодошному чувствителен. Абсолютно не могу себе представить, каким образом он умудряется бросать любого (!!!) человека, взявшегося за его руку или нападающего с ударом, с нужной степенью силы. Как-то получается, что крупный и высокий юданся моментально улетает; новичок с проблемами в страховке не повреждает себе ничего, хрупкая девушка мягко приземляется, а не выпархивает в открытое окно, а зажатый борец мгновенно расслабляется и удивленно валится на татами.

Весьма скептически относится сенсей и к всевозможным заморочкам, на которых частенько ловят в России любителей псевдоэкзотики. «Почему на тренировках у Вас нет медитации? И как Вы считаете, стоит ли ее практиковать?», -- спросил кто-то из россиян у Сэки-сенсея на чаепитии. «Времени слишком мало – если на тренировке медитировать, то некогда будет заниматься. А тем людям, которые практикуют медитацию, можно помедитировать до начала тренировки. Или после» -- примерно таков был ответ сенсея.

Когда происходили эти беседы – за чаем – Сэки-сенсей выказал себя если не говоруном, то, по крайней мере, опытным оратором. В те моменты, когда он заканчивал ответ на очередной вопрос, а собравшиеся не атаковали его следующим, он вполне органично продолжал предыдущую мысль, не повторяя, а развивая ее. А это действительно – великое искусство: не эпатируя, не пытаясь проявить себя эдаким небожителем, постигшим многие тайны, разговаривать с аудиторией. Концентрировано его рассказы оставили такое ощущение: главным сенсей считает постоянные тренировки, а в технике стремится к простоте (не путать с примитивом).
Елена Загородняя
Наверх ↑